Книжные серии
Большой обман Луиза Винер

Большой обман

Одри Унгар не видела отца двадцать лет. Профессиональный игрок в покер он уехал из дома, когда ей было одиннадцать, и навсегда исчез из ее жизни. И вот Одри уже за тридцать, и теперь она сама балансирует на грани кризиса среднего возраста. Чтобы вновь обрести себя, Одри решает найти исчезнувшего из ее жизни отца, но выясняется, что сделать она это может, только, если сама станет профессиональным игроком в покер. Но мало научиться играть в карты, надо еще проникнуть в закрытую касту игроков. И ключом в этот мир становится Большой Луи, сварливый гигант, странный человек, запертый в крохотной квартирке на верхотуре дома-башни. Постигая тайны новой профессии, Одри постигает и тайны Большого Луи, и чем дальше она продвигается на этом пути, тем больше вопросов у нее возникает. Одри начинает понимать, что любая реальность может оказаться видимостью, а любая видимость – реальностью.
«Большой обман» – роман вовсе не о карточной игре, это книга о поисках себя, любви и душевного тепла. Необычная и очень интригующая история рассказана легко, непринужденно и с отменным юмором.

Пресса о книге

Здорово! Ничуть не хуже Ника Хорнби.
FirstLook

 

Очень интригующая, оригинальная и очень теплая история.
Mirror

 

Эта женщина знает, о чем думают мужчины.
Daily Telegraph

 

Луиза Винер мастерски обращается не только с гитарой и собственным вокалом, но и со словами. Удивительная метаморфоза: из рок-певицы в отличные писатели.
The New Yorker

 

Второй роман Луиза Винер подтвердил, что в английской беллетристике появился новый, очень сильный и звучный голос.
Observer

Отрывок из книги

  – Кто там? Кто это?
  У него громкий голос. Глубокий, хриплый и чуть одышливый, с легким американским акцентом. Южные штаты?
  – Здравствуйте, меня зовут Одри. Я по поводу ящиков для растений.
  – Вы что, сменили пол? – бурчит он, явно разочарованный.
  – Извините. Он в данный момент занят. Я его … э-э-э… ассистентка.
  – А вы понимаете чего-нибудь в ящиках для растений?
  – Конечно. Надеюсь, мы с вами решим все вопросы.
  Голос в домофоне тяжко вздыхает, словно сегодня и так все идет наперекосяк, а мое появление лишь еще одно маленькое звено в цепи из тысячи и одной неприятности. Домофон пищит, и дверь открывается.
  – Располагайтесь, – говорит голос. – Я обратно в туалет. У меня такой запор, вы и представить себе не можете.
  Я стою в нерешительности, и голос подгоняет меня:
  – Ну же, девушка, живее, холодно ведь. Когда войдете, не забудьте закрыть за собой дверь.
  Большее всего я боялась, что в квартире будет плохо пахнуть. Ничего подобного. Такой чистой, вылизанной квартиры я еще не видела. Дешевая ламинированная мебель отполирована до блеска, журналы, книги, тарелки, безвкусные фарфоровые фигурки – все расставлено в идеальном порядке.
  В квартире жарко, воздух несколько застоявшийся и затхлый, но все перекрывает смешанный запах комнатных растений, полироля для мебели и средства для мытья полов. Растения повсюду: парочка суккулентов-каучуконосов на книжной полке, «денежное деревце» на поцарапанном кофейном столике посередине комнаты; покрытое фруктами апельсиновое дерево осеняет проход в крохотную кухню, а на серванте гордо возвышается фарфоровая ваза с тюльпанами и желтыми розами в белом облачке гипсофилы.
  На ковре не меньше дюжины проплешин, сквозь которые рельефно проступают половые доски, но ковер явно только что пылесосили и чистили. В квартире темновато – прочие дома загораживают свет, к тому же окно всего одно. Я подхожу к окну и пытаюсь что-нибудь рассмотреть сквозь слой многолетней грязи. Вдоль стены тянется узенький балкон, а далеко внизу видны тощие ветки бука, воздетые вверх. Если совсем перегнуться вниз, балансируя на носках – виден подъезд соседнего дома. На горизонте открывается кусок Лондона в форме треугольника – этакая тупая стрела. В отдалении видны заходящие на посадку самолеты. В общем, видно немного, но внешний мир себя как-то обозначает.
  – Любуетесь пейзажем, да?
  Я так увлеклась, что и не заметила появления Заоконного Цветовода. Он огромен. Наверное, такие гиганты виделись Гансу Христиану Андерсену в кошмарных снах, стоило великому сказочнику на ночь глядя злоупотребить сыром. В нем футов семь росту, у него глаза с мячики для гольфа и заплывшее жиром лицо шириной в фут. Весит он никак не меньше четырехсот фунтов.
Гигант делает несколько тяжких шагов в моем направлении, ухмыляется и с усилием сворачивает в кухню. На нем разноцветная гавайка размером со скатерть, коричневые тренировочные штаны, подпоясанные длиннющей резинкой, и древние кроссовки, будто вросшие в отечные лодыжки. Бейсболка с надписью «Нью-Йорк Никс» венчает голову, а в блюдообразной руке зажат нож для масла. Я изо всех сил стараюсь не таращить на него глаза, но рот у меня сам собой открывается. Широко открывается.
  – Не против, если я покушаю, прежде чем начать разговор? – спрашивает он весело.
  – Нет, – надеюсь, этот великан не из людоедов. . – Валяйте.
  – Хотите сэндвич? – он вытаскивает из холодильника пакет с нарезанным мясом и горкой наваливает мясо на кусок хлеба. – Не стесняйтесь
  – Да нет, спасибо. Я уже пообедала.
  – Может мне есть побольше грубой и острой пищи, как вы думаете?
  – Простите?
  – Грубая пища помогает от запора. Надо будет заказать еще бутылочку «Кишкочистки». Самый острый чили-соус на земном шаре. Гарантированно прочищает кишки, сколько бы крутых яиц вы не съели на завтрак. Рекомендован четырьмя из пяти проктологов. Как вы думаете?
  – Ну, не знаю, – меня начинает подташнивать. – А вы не пробовали хлопья из отрубей или что-нибудь в этом роде?
  – Дрянь. Крепят еще больше. Наверное, надо попробовать маринованных овощей. Как вы считаете, маринованные огурчики – это достаточно грубая пища?
  Ответа великан не ждет – просто вынимает белый бумажный пакет из холодильника, достает из него два огурца, откидывается назад и с удовлетворенным вздохом вдыхает их аромат.
  – Лучшие огурцы на свете, – он поворачивается ко мне и чмокает губами. –   Один мой приятель доставляет мне их прямо из своего магазина деликатесов в Голдерс Грин. Хотите попробовать?
  – Огурцы? – переспрашиваю я, стараясь не облизываться.
  – Ну да. Выдержаны в рассоле с чесночком, сахаром и капелькой укропного уксуса. Попробуйте. Один огурчик вас не убьет.
  – Ладно, – соглашаюсь я. – Малюсенький кусочек, пожалуйста.
  Когда я сметаю вторую половину огурца, это явно производит впечатление на Цветовода. Он высказывается в том смысле, что ему нравятся девушки, понимающие толк в маринованных огурцах, и, напротив, он не стал бы связываться с дамочкой, слишком разборчивой в еде.
  – Большой Луи, – произносит он, вытирает рот салфеткой и протягивает мне руку-окорок. – Рад знакомству.
  – Одри, – говорю я, глядя на него снизу вверх. – Одри Унгар. Очень приятно.
Некоторое время Луи недоуменно смотрит на меня, будто хочет что-то сказать, но почему-то воздерживается.
  – Что-то не так? – интересуюсь я и оглядываю себя в надежде, что не закапала футболку маринадом.
  – Да нет, – он потирает челюсть. – Просто Унгар – очень необычная фамилия, вот и все.
  – Правда? – я в раздумье, удобно ли будет, если я попрошу еще огурец.
  – Конечно, – глубокомысленно изрекает Луи, – особенная фамилия. В ней есть изюминка. Знак породы. Некоторый шик, знаете ли.


© Издательство «Фантом Пресс»
(495)787-34-63
(495)787-36-41
phantom@phantom-press.ru
 
Создание сайта - FastWeb.